Я всегда очень люблю наблюдать за своими сотрудниками.
Они все – японцы, и даже не представлют, насколько они самобытны и индивидуальны, насколько　все разные и так легко предсказуемы. Я изучила их до мелочей. Каждого　я безошибочно определю по голосу или походке, а некоторых – даже по запаху. В каждом из них я нашла изюминку, будь то комичная и совершенно несуразная походка или оригинальная ухмылка, будь то чрезмерно угрожающий стовосьмидесятиградусный размах рук или едва уловимое почёсывание щеки...

Иногда меня просто съедает интерес – неужели никто кроме меня этого не видит? Порою я даже специально приковываю взгляд, чтобы моя заинтересованность все-таки была замечена. И мне хочется, чтобы вместе со мной взгляд приковал еще кто-нибудь, а потом переглянуться и, улыбаясь, будто сказать друг-другу: «Ндаааааа, точно кол проглотил.....».

Утром, в двадцать минут девятого, для каждого из нас наступает　«момент истины», а иными словами – утреннее приветствие. С завода лениво подтягиваются рабочие в мятых, испачканных мазутом комбинезонах, с отдаленных секций просторного офисного  помещения в центральную часть зала сходятся инженеры и электрики. Хотя тут намного выигрышнее звучало бы слово «сползаются», потому что в дальнем отсеке офиса почему всегда темно, и, когда они все начинают выгребаться из этого сумрака, возникает ощущение, что «оно ползёт». «Выползает» то есть...

Вам когда-нибудь приходилось наблюдать сие зрелище? Первое, что бросается в глаза – это ПОЗА. Исходное положение «а-ля-служу-японии» - традиционное и существует уже бог знает сколько лет. У мужчин, как правило, спина – прямая, ноги – на ширине плеч, руки сложены сзади. У женщин поза более скромная, выражающая покорность: ноги – вместе, носки – врозь, руки сложены спереди (левая поверх правой, если уж быть совсем точной, и голову опустить, если уж быть совсем японкой). В центр офиса, лицом к сотрудникам выходит «ведущий утреннего приветствия» - это тот козел отпущения, на которого в предыдущий день пала очередь. Не побоюсь ироничного сравнения, потому как иначе не обзовешь. Ибо дам голову на отсечение, если хоть один из нас не думает в этот момент: «только бы не я, только бы не я...».

Но я забежала вперед. Итак, утреннее приветствие начинается прежде всего со слов: «Начинаю утреннее приветствие!» (это, наверное, для тех, кто еще позу не принял). Далее следует пожелание доброго утра, и соответственно – всеобщий поклон. Затем, ведущему необходимо рассказать о том, чем он будет заниматься сегодня. Какие у него успехи, планы, новости.... И он (или «она», но чаще «он») начинает самозабвенно либо робко рассказывать (тут уж от темперамента зависит.....).  Чем выше должность – чем дольше он будет говорить. Знаете, в этот момент время останавливается. Все стоят, как вкопанные, звонки телефона, естественно, игнорируются. И только ведущий нервно перебирает взглядом всех смирно стоящих....

Когда болтовня, наконец, подходит к концу, ведущий произносит обязательную фразу: «Никто не хочет дополнить?». И в этот момент обычно кто-то говорит о том, что  завтра дорожает бензин и необходимо заправить все служебные машины... Либо, что после обеда будет совещание. Иногда выхожу я и сообщаю всем заинтересованным лицам, что в 10:20 утра в зале совещания начинается урок русского, и прошу всех не опаздывать.

Подытожив выступление, ведущий передает эстафету кому-нибудь еще (обычно тому, кто ближе стоит – на него взгляд быстрее падает), и произносит: «Заканчиваю утреннее приветствие!». Вновь следует поклон, после чего все возвращаются к привычной суете.

На стене, возле кабинета директора, в красивой резной раме висит холст, на котором изложены пять заповедей сотрудника компании . Каждый понедельник во время утреннего приветствия эти строки произносятся вслух. Это незыблемая традиция, и наверное, это «заклинание» помогает повысить продажи.  Причем читают почему-то только мужчины... Девушки по прежнему стоят, опустив головы... Наверное, с наших уст «заклинание» не действует.....

Пять минут тотального молчания во время утреннего приветствия заставляют обращать внимание на посторонние вещи. Например, на фигуру впереди стоящей японки... Или на складки на её юбке. И я каждый день машинально задаю себе (и мысленно ей, наверное) вопрос: «Ну неужели нельзя юбку ушить, а спину выпрямить? На тебя смотрят сзади, в конце то концов!  ...или смотрю на г-на Икеда и размышляю, в каком месте и каким предметом его прибить. Он постоянно ОРЁТ. Орёт, понимаете? Если я подпрыгнула на стуле от испуга – это г-н Икеда ответил на телефонный звонок... Хотя подпрыгиваю почему-то только я....

Нашу компанию в определенной степени можно назвать «консервативной».  Культура поведения во время рабочего дня строго регламентирована, вредные привычки имеют предел, а обучение хорошим манерам совершается невероятно часто. Регламентировано время для кофе и перекура (10 утра и 3 часа дня по 15 минут), четко организована система дежурства (все, что касается уборки офиса). Вечером, в тридцать минут шестого по офису начинают бегать мужчины с тряпками и швабрами. Вытирают всё, что видят. Выносят мусор отовсюду, откуда можно. Это они так, наверное, компенсируют тяжелый женский труд, касаемый других «загрязненных» частей офиса :-)

Очень интересно наблюдать за тем, как японцы проводят свой обеденный перерыв. Для этого у нас на втором этаже есть специальная столовая, там нет поваров и вкусной лапши, но зато там есть телевизор, который и является главным украшением обеда. К 12 часам дня в красной кастрюльке уже согрета вода для супа мисо. Приготовлены пиалки, специи и даже поварешка.... Сначала выстраивается очередь к пиалкам. В нее необходимо выдавить густую жижу одноразового пакетика супа мисо, а также положить так называемые «gu» - то есть сухой наполнитель, преимущественно из морской капусты. Далее обладатель пиалки  и всего этого содержимого напрявляется к заветной кастрюльке. Пиалка наполняется кипяченной водой – суп мисо готов. Счастливый обладатель берёт в руки мешочек с приготовленным заботливой супругой обенто и направляется к своему месту. А теперь представьте эту картину в исполнении 30 человек. Я ее наблюдаю каждый день, и никогда составляющие этой картины не меняются. Да и куда им меняться... Я и сама в ней участвую...

Места в столовой у всех строго определены. Мне не повезло – мое место спиной к телевизору. Поэтому приходится постоянно оглядываться, за что однажды получила замечание начальника. Оказывается, истинному сотруднику компании  нельзя сидеть в полоборота и класть локти на стол. Так то. В детсаду воспитательницы и то добрее были.

....В конце весны на Хоккайдо ни жарко ни холодно. Скорее что-то среднее, когда, не успев раздеться от того, что тебе жарко, тут же одеваешься снова. Я накинула на плечи пиджак. Мне так захотелось. Чтобы было ни жарко ни холодно.... Однако не прошло и десяти минут, как о попытке создать комфорт пришлось позабыть.... Сотрудникам компании  нельзя накидывать пиджак. Только надеть или снять. И точка.   

    В детском саду на уроке рисования мне нужно было нарисовать землю. Наверное я рисовала что то вроде своего дома, или клумбы цветочной... Самое интересное, что когда я приступила к созданию своего шедевра (а это должен был быть несомненно шедевр),то впала в ступор – а как же рисовать землю? Почему то мне казалось, что начинать надо именно с земли– как основы всякой недвижимости... 
   Приложив всевозможные усилия к решению проблемы, я понимаю, что земля то состоит из маленьких песчинок – черных таких, и их так много (это же бабушкина клумба!) – что у меня просто не умещалось в голове: сколько же это времени надо на то, чтоб нарисовать все эти песчинки – чтобы в итоге получилась земля??? Так вот, недолго думая, я все таки взяла в руки черный карандаш и начала тыкать им по нижней части альбомного листа – то есть там, где земля по идее должна быть. Не успеваю я нарисовать и дюжины черных точек (видимо я и вправду думала что в итоге получится земля), как подходит воспитательница. Я ей объясняю что мне надо нарисовать землю, и вопрошающе  смотрю на неё. Не знаю, что в этот миг подумала воспитательница (между прочим я была её нелюбимым ребёнком и мы ненавидели друг друга), но она взяла из моих рук карандаш, и резко провела им жирную линию от одного конца листа к другому: